Источник: Sovsport.ru

Обозреватель Sovsport.ru Василий Уткин – о единственной команде, от которой невозможно дистанцироваться.

Павел Садырин – первый тренер сборной, у которого я брал интервью. И вообще наблюдал воочию, а не по телевизору.

Олег Романцев – первый тренер сборной, чье назначение я видел. С этой командой съездил почти на все матчи.

Борис Игнатьев – первый тренер сборной, который приезжал в мой прямой эфир. День на третий, как назначили.

Анатолий Бышовец – первый тренер сборной, которого я назначил. Можете смеяться, но так оно и было. Главное – зря я это сделал.

Олег Романцев – первый тренер сборной, с которым за время его работы я не сказал ни единого слова.

Валерий Газзаев – первый тренер сборной, в отставке которого еще до конца отборочного цикла я был уверен и при этом так оно и случилось.

Георгий Ярцев – первый тренер сборной, про которого как тренера сборной мне практически нечего сейчас вспомнить.

Юрий Семин – первый тренер сборной, которого я пытался от этого отговорить. Только потому, что ужасно хотел, чтобы он оставался в «Локомотиве». И недолго отговаривал, потому что ему это было совсем неинтересно.

Гус Хиддинк – первый мой любимый тренер, которого назначили тренером сборной России. А также первый тренер сборной, с которым я пил водку. В день его шестидесятилетия в отеле. Мы в тот день познакомились.

Дик Адвокат – первый тренер сборной, работа которого меня совершенно не интересовала ни одного дня.

Фабио Капелло – первый тренер сборной, с которым я так и не познакомился.

Леонид Слуцкий – первый тренер сборной, который побывал у меня дома. Приезжал поздравить с днем рождения. После дерби.

Станислав Черчесов – первый тренер сборной России, с которым я «на ты».

В общем, есть, что вспомнить. Сборная – это единственная команда, от которой невозможно дистанцироваться даже если в нее не веришь, даже если думаешь сменить профессию. И единственная, которую всегда воспринимаешь лично.

Вы ведь тоже можете вспомнить, где и при каких обстоятельствах смотрели все решающие матчи, к примеру; верно? Вот. В этом мы как раз и похожи. Да что там – все одинаковы.